MUROM.ru
Точка
 
RSS  Страница ВК  Страница на Fb   Виджет Я          12+

 
 
 

Осенью 1941 года судьба Москвы во многом зависела от работы Горьковской и Казанской железных дорог

Железнодорожницы
До фронта – полсотни километров
 
Осенью 1941 года судьба Москвы во многом зависела от работы Горьковской и Казанской железных дорог
 
Это сегодня нам может показаться, что военные действия происходили где-то далеко от нашей магистрали. На самом же деле от неё до линии фронта в самые критические дни было меньше полусотни километров.
 
Немецкое продвижение вглубь страны летом и осенью 1941 года шло стремительно. Главной целью была Москва, и в сентябре Гитлер объявил начало операции «Тайфун». Смысл её был в окружении и взятии советской столицы.
 
Западной границей Горьковской дороги была станция Москва-Товарная. 15 октября началась эвакуация столицы. В ноябре враг подошёл к ней совсем близко. Захвачены были Клин и Солнечногорск, 2 декабря немецкие войска вели бои на улицах Химок в 30 километрах от Кремля, но были оттуда выбиты. Самой южной станцией дороги была Рязань-Пристань. В ноябре немецкие войска взяли Михайлов и находились в 55 км от Рязани.
 
В тяжелейших условиях решались задачи, которые были исключительно сложны. Требовалось остановить наступление врага – и это было самое главное. Но готовились и к худшему. На восток по шоссейным и автомобильным дорогам перемещались в тыл сотни тысяч людей, оборудование сотен заводов, архивы, культурные ценности. Шло строительство линий обороны в Московской, Ивановской, Горьковской областях. В Мещерских лесах оборудовали базы для партизанских отрядов. На Ковровском экскаваторном заводе строился первый за годы войны на Горьковской дороге бронепоезд, который соседний оборонный завод имени Киркижа вооружал пулемётами. Сроки были предельно сжатыми: его построили за одиннадцать последних дней октября. Использовать его предполагалось не на фронте. Бронепоездом решено было усилить ковровский партизанский отряд, который немедленно начал бы действовать в случае немецкой оккупации. Однако враг был остановлен на подступах к Москве, и бронепоезд передали в резерв Ставки. В декабре после митинга, на котором с напутственной речью выступил знаменитый конструктор-оружейник Василий Дегтярёв, поезд ушёл в Москву. На нём служила ковровская паровозная бригада: машинист Михаил Силин, помощник Николай Крылов, кочегар Иван Сидорихин.
 
Подвоз резервов, боеприпасов, продовольствия к фронту и эвакуация требовали от железнодорожного транспорта работы на пределе возможностей.
Уже с первых дней войны на Горьковской и Казанской дорогах обозначилось перенасыщение узлов и станций вагонами, которое вскоре вдвое превысило норму. Избыточный парк снижал возможность маневров. Горький, Муром, Ковров оказались в зоне досягаемости вражеской авиации. Осенью 1941 года их бомбили, совершали налёты на крупные мосты.
 
Архивное фото Муромского железнодорожного моста
 Фото из архива Муромского историко-художественного музея
Мост на Оке Моск.-Казанск. ж.д.
 
Был оккупирован Донбасс, и дороги остались без антрацита. Депо Арзамас одним из первых в стране стало работать в этих условиях на буром подмосковном угле, дающем малую теплоотдачу. В депо Горький-Сортировочный, Горький-Пассажирский, Шахунья активно применялись дрова. Прекратились поставки новых паровозов и вагонов, мало выделялось запчастей, их приходилось делать для ремонта подвижного состава своими силами в мастерских и депо дороги. В дистанции пути Семёнов было освоено производство крестовин, которые в итоге оказались существенно дешевле заводских. Эту инициативу начальника дистанции Катаева, строгальщиков Ульянова, Тимофеева, Оленина, слесаря Скурлатова одобрили в НКПС. В паровозном депо Владимир делали десять видов деталей, которые обычно локомотивщики получали с заводов. В вагонном депо Горький-Пассажирский по инициативе мастера кузнечного цеха Арефьева начали делать рессоры из половинок старых рессор. Это дало возможность экономить дефицитную сталь. На Горьковской дороге более 350 деталей и запчастей производилось из отходов производства.
 
Осенью 1941 года враг перерезал все железные дороги, ведущие к Москве, кроме четырёх магистральных линий на Ярославль, Горький, Муром и Рязань. Это привело к тому, что мощные потоки вагонов двинулись по Горьковской и Казанской дорогам. У Казанской главный ход был однопутным, с лёгкими рельсами. Судьба Москвы оказалась во многом зависящей от того, насколько быстро и организованно наладят две эти дороги снабжение столицы всем необходимым для контрнаступления. К концу ноября объём работ только на Горьковской и Казанской магистралях вырос в среднем в пять раз.
 
На помощь Горьковской и Казанской дороге осенью 1941 года были переброшены поезда по ремонту подвижного состава (ПОДРЕМ), сформированные летом на других магистралях. В них устанавливались металлорежущие станки, кузнечное, сварочное оборудование, электростанции. Они оснащались инструментом, приспособлениями, запчастями и материалами для ремонта вне депо паровозов и вагонов, выведенных из строя во время военных действий. Личный состав каждого такого поезда насчитывал около 125 человек, они жили в теплушках. В состав включались вагоны с баней, кухней, прачечной, столовой, мастерскими для ремонта одежды и обуви. Все работники ПОДРЕМов находились на военном положении. В октябре в Горький прибыл ПОДРЕМ-4 с Октябрьской дороги, со станции Ленинград-Витебский. Его задачей было участие в ремонте паровозов и вагонов, которые были повреждены при бомбардировке, но могли быть переброшены в ближайший тыл для восстановления. На другое направление было решено перебазировать ПОДРЕМ-12, сформированный на Ярославской железной дороге, в Ярославле. Осенью он прибыл в Муром. Кроме ремонта подвижного состава, его работники участвовали в строительстве знаменитого бронепоезда «Илья Муромец».
 
Памятник бронепоезду «Илья Муромец»
Памятник бронепоезду «Илья Муромец» в Муроме. Фото из Муромского фотоальбома
 
 
Работа с воинскими поездами на Горьковской и Казанской дорогах была максимально ускорена. К их прибытию готовили сменные паровозы и бригады.
 
В историю дороги вошёл эпизод, случившийся в 1941 году на станции Сергач.
 
У прибывшего туда нечётного поезда, который вёз на фронт военный груз, сломался локомотив. Замены ему не было. Откроем сергачскую газету «Коллективный труд». Вот что рассказывалось в ней. «Провалились колосники топки – весь задний ряд. Чтобы исправить этот дефект, нужно потушить топку, дать ей остыть. Только после этого обыкновенно приступали к постановке колосников. Не менее пяти часов требует эта работа. Но этот поезд не мог стоять столько времени… Так думал рабочий депо Иван Семёнович Сигачёв. Он влез в топку по доске, отгрёб горящий уголь в сторону и поставил тяжёлые раскалённые колосники на место… Подвиг – имя такому поступку». О нём сообщило в своей сводке ТАСС.
Спустя две недели после этой заметки газета напечатала «Балладу о рабочем Сигачёве». Её, узнав о случившемся, написал знаменитый поэт Самуил Маршак. В годы войны он создавал тексты к плакатам, стихи о волновавших его событиях.
 
Такой ремонт абсолютно недопустим с точки зрения охраны труда. Он не прописан ни в каких документах. Но это был подвиг профессионала, сравнимый с теми, которые совершали в те дни на фронте воины. Паровоз в нормальных условиях перед началом такого ремонта полагается остудить, причём медленно, до суток, в помещении, чтобы ничто не повредилось, ведь температура горения угля до тысячи градусов. Конечно, если человек знает устройство паровоза, потребуется всего несколько точных манипуляций. Ремонтника обливают водой, готовы по первому сигналу вытянуть канатом из топки. Но все понимают: из неё можно не вернуться.
 
Сигачёв был первым железнодорожником в дни войны, кто решился на такой экстремальный ремонт. Сохранились фамилии людей, повторивших его подвиг: чистильщик Овчинников и котельный мастер Обидин из депо Сергач, машинист депо Красноуфимск Орлов, машинист оборотного депо Казань Атабеков. В раскалённую топку полез ремонтировать паровоз машинист бронепоезда «Илья Муромец» Алексей Бирюков. Спустя некоторое время сам Сигачёв снова поставил на место колосники в неостывшем локомотиве военного эшелона, но получил травму, стал инвалидом и затем был вынужден уйти из депо.
 
Но такой ценой оплачивалась первая победа – под Москвой. К середине января 1942 года враг был отброшен от Москвы на 150–200 километров. И случилось так, как описано в балладе Маршака:
 
«Вперёд рванулся паровоз,
Дыша огнём и паром.
А что для фронта он повёз, —
То не пропало даром!»
 
Николай Морохин
Источник: «Волжская магистраль»
Реклама Б1
Муромский справочник 

Виком Печати на Московской
в срок от 1 часа, а также:
штампы, пломбы, значки, магниты,
визитки, квитанции, бланки...
ул. Московская, 111, 1 эт., т.40066
vicom.murom.ru

Архив новостей:

 
Пнд Втр Срд Чтв Птн Сбт Вск
 
 
 
 
 
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6
 
7
 
8
 
9
 
10
 
11
 
12
 
13
 
14
 
15
 
16
 
17
 
18
 
19
 
20
 
21
 
22
 
23
 
24
 
25
 
26
 
27
 
28
 
29
 
30
 
31
 
 
 
 
 
 
 
Реклама от Google
Сейчас на сайте 0 пользователей и 17 гостей.